14 ноября. Революция в искусстве глазами студентов

Член Союза художников России, руководитель художественно-выставочного отдела Тульского епархиального культурно-просветительского центра «Фавор» Михаил Левшин представил студентам ТулДС свой выставочный проект «Революция глазами художника».  Выставка названа дискуссионной, что предполагает обсуждение – как самой концепции выставки, так и представленных на ней экспонатов.

Открывая выставку, директор центра «Фавор» Марина Александровна Михалёва рассказала о том, как менялась Россия, вступая в XX век. Это время называют Серебряным веком русской культуры. Новая эпоха диктовала свои условия и нормы жизни, под их натиском рушились традиционные ценности и представления людей. Современники с тревогой отмечали, что нарушается гармония между природой и обществом, человек утрачивает свою индивидуальность. Возникали растерянность, тревожное чувство надвигающейся катастрофы. Представления о добре и зле, истине и лжи, прекрасном и безобразном, которыми жили предшествующие поколения, казались устаревшими и требовали пересмотра. Философия, наука, литература, искусство искали ответы на вопросы бытия, не имевшие очевидных решений.  Поиск новых форм и смыслов охватил все виды творческой деятельности.

Марина Александровна процитировала стихи некоторых поэтов Серебряного века, таких как Давид Бурлюк, Игорь Северянин, увлечённых формалистическим поиском, а по сути  – разрушающим прекрасные традиции русской словесности. Однако в эту же эпоху творили и такие писатели, как Иван Бунин, Леонид Андреев и другие, остававшиеся верными классической русской традиции.

Характеризуя настроения, царившие в предреволюционные годы в среде творческой интеллигенции, Марина Александровна привела пример Религиозно-философских собраний, проходивших в 1901 – 1903 годах по инициативе нескольких известных литераторов с согласия обер-прокурора Синода Победоносцева. По мнению Дмитрия Мережковского, главного инициатора собраний, обращение интеллигенции к религиозной вере, к Церкви должно было привести к соединению революционно-освободительных традиций русской интеллигенции с религиозными традициями народа. Русский интеллигент должен был стать, по его мысли, «религиозным революционером». При участии представителей духовенства и общественности на собраниях обсуждались проблемы взаимоотношения церкви, интеллигенции и государства, свободы совести, церкви и брака, христианской догматики.

Первое заседание Собраний состоялось 29 ноября в зале Географического общества. Из церковных иерархов присутствовал епископ Антоний, он благословил ректора Духовной академии Сергия Страгородского (ставшего в 1943 году Патриархом) быть председателем. Отец Сергий произнёс вступительную речь с обещанием искренности и доброжелательности со стороны церкви и с призывом к тому же с «совершенно противоположной стороны», то есть, со стороны интеллигенции-учредителей. Однако учредители демонстрировали высокомерно-пренебрежительное отношение к представителям Церкви. В итоге никакого «слияния» интеллигенции с церковью не происходило, философские диспуты приобретали всё менее конструктивный характер. В ходе их, как отмечалось, обозначился «…трагический конфликт светского и церковного языков, существующих как бы в параллельных реальностях» и неспособных пересечься. Представители Церкви отмечали, что отрицательное отношение «богоискателей» к Церкви зачастую строилось на их недостаточном знакомстве с основами христианской веры, то есть на банальном невежестве.

Состоялось двадцать два собрания общества, прежде чем Победоносцев решил прекратить их окончательно: последнее собрание состоялось 5 апреля 1903 года.

Революционные, разрушительные тенденции в среде творческой интеллигенции нарастали. В статье «Интеллигенция и революция» их в полной мере выразил Александр Блок, который писал: «Не дело художника – смотреть за тем, как исполняется задуманное, печься о том, что исполнится или нет. Дело художника, обязанность художника – видеть то, что задумано, слушать ту музыку, которой гремит «разорванный ветром воздух». Что же задумано? Переделать все. Устроить так, чтобы все стало новым; чтобы живая, грязная, скучная, безобразная наша жизнь стала справедливой, чистой, весёлой и прекрасной жизнью. Когда такие замыслы разрывают сковывавшие их путы – это называется революцией. Революция, как грозовой вихрь, как снежный буран, всегда несёт новое и неожиданное, она жестоко обманывает других; она легко калечит в своём водовороте достойного; она часто выносит на сушу невредимыми недостойных; но это не меняет ни общего направления потока, ни того грозного и оглушительного гула, который издаёт поток. Гул этот всегда – о великом».

Такие же настроения – «всё разрушить и переделать» во имя «великого» будущего – господствовали и среди представителей изобразительного искусства. Об этом, проводя экскурсию по выставке, рассказал Михаил Викторович Левшин, автор проекта «Художник и революция».

Первая часть экспозиции оформлена работами  самого Михаила Левшина, созданных в традициях «Мира искусства» – русского художественного объединения начала XX века во главе с Бенуа и Дягилевым. В выставках «Мира искусства» участвовали Врубель, Левитан, Нестеров… Смутно предчувствуя грядущие общественные потрясения, эти художники стремились противопоставить тревожной реальности исконные духовные и художественные ценности,  выдвигали принцип эстетизации действительности, отводя  искусству роль преобразователя жизни. Тончайшие оттенки, изысканную игру света и тени видим мы на полотнах Михаила Левшина.

Дальше эстетика меняется: вместо натюрмортов с ирисами и золотыми шарами – композиции с жестяными котелками и кружками, молотками и рубанками  – атрибутами послереволюционного быта. Здесь же полотно Олега Ланга «Взятие Зимнего дворца», передающее атмосферу революционного переворота, стихии, сметающей всё на своём пути.

Дальше – плакаты и афиши спектаклей, выступлений Маяковского, «Танцев революции» Айседоры Дункан; диспутов; выставок футуристов, супрематистов; манифесты разнообразных художественных объединений – то, чем жила тогда столица. Каждый художник стремился создать своё направление, и всё это существовало одновременно, всех объединял  революционный, разрушительный пафос творчества, отрицание традиционного искусства, а заодно и  традиционной «буржуазной» морали.

Афиша объединения «Бубновый валет» задерживает на себе внимание зрителей. Михаил Викторович рассказывает о создателе этого объединения – Казимире Малевиче, об   изобретённом им направлении – супрематизме, основа которого – изображение реальности в простых формах, сочетание цветных геометрических фигур, прямых линий, где краска – первый шаг к «чистому» искусству, уравнивающем в творчестве человека и Природу.  Апофеоз супрематических поисков Малевича – «Чёрный квадрат». Картина изображает бездну, которая затягивает зрителя. Реакция современников на картину была неоднозначной. Некоторые критики утверждали, что это – современная альтернатива традиционным иконам, свидетельствующая о поиске новой религии в хаосе современности.

Сам художник утверждал, что «Черный квадрат» – символ завершения искусства, его вершины – и в то же время конца.

Над суетой афиш, плакатов, воззваний – картина Михаила Левшина «Мастер и Маргарита». Сложная по замыслу и исполнению, она в первый момент производит впечатление абстракции, красивого цветового пятна, но при внимательном рассмотрение оказывается образцом вполне предметной живописи, где узнаваемо всё – от очертаний Чистых прудов до кота Бегемота, бесцеремонно расположившегося на первом плане. Это иллюстрация не к конкретному эпизоду, а к роману в целом, где просматриваются все сюжетные линии.

Полотно «Мастер и Маргарита»  – лирическое отступление перед новой страницей истории советского искусства – соцреализмом, искусственно созданным методом со своими канонами – народностью, классовостью, партийностью. Автор выставки проиллюстрировал эту страницу истории тремя портретами Ильича – оригиналами, созданными мастерами соцреализма. Портреты дополнены кумачом знамён. Самое интересное, что здесь же размещена иллюстрация Левшина к «Роковым яйцам» Михаила Булгакова – ребус для зрителя, который, впрочем, не так уж трудно разгадать.

А рядом – инсталляция, от которой мороз пробирает по коже. На томах со сталинскими трудами установлена мясорубка сталинских же времён. А прокручивать ей предстоит крашеные пасхальные яйца. Стоит повернуть ручку – и скорлупа захрустит. Символ сталинских репрессий?..

К счастью, это ещё не завершение выставки – создатель её проявляет милосердие к зрителям, являя им ещё одну, совсем иную по настроению и смыслу композицию.

«Для меня работа над этим проектом – ещё и попытка ответить самому себе на вопрос: кем бы я был, если бы пришлась моя жизнь на тот период истории? Что рисовал – и вообще, рисовал бы или занимался чем-то другим?  – говорит Михаил. – Здесь вы видите дорогие для меня вещи: фотографии дедушки и бабушки, партбилет деда. Сохранилась в нашей семье и  маленькая икона Пресвятой Богородицы, которую бабушка хранила, хотя дед был коммунистом. А этот листок с переписанной мамой молитвой «Отче наш» я нашел уже после ее смерти, в одной из книг».

Завершает  выставку полотно Михаила Левшина с изображением тульского кафедрального собора  Всех Святых, которое после всего увиденного – как  глоток родниковой воды.

Вместе со студентами на выставке присутствует дежурный помощник проректора по воспитательной работе, священник Павел Гаврилов. Он благодарит организаторов выставки и автора проекта «Революция глазами художника» за интересный, необычно поданный материал и говорит, что многое ещё требует осмысления.

Студенты задают вопросы, касающиеся отдельных экспонатов, но в дискуссию не вступают – похоже, они слишком ошеломлены всем услышанным. Наверное, в поисковиках их браузеров теперь появятся новые запросы – искусствоведческие термины, даты, имена…

Марина Горчакова

Фото Сергея Макшанова

2017-11-15T18:13:40+00:00